После публикации электронных деклараций чиновников и народных депутатов, в которых кроме бесполезных предметов роскоши засветились не менее бесполезные для экономики килограммы и тонны наличных денег, страну захлестнула волна виртуального гнева, вылившегося в популизм народный вроде призывов к третьему майдану и в популизм «властный» вроде отмены повышения зарплаты депутатам.
Почему популизм? Да потому что нельзя ожидать, что в Раде появятся вменяемые люди, умеющие работать с документами, разбирающиеся в законодательстве и экономике и независящие от партийных выплат и взяток, если платить им по 6-7 тыс. гривен в месяц. Принцип утром деньги – вечером стулья никто не отменял. Сначала создаются условия для появления новых политиков, и только потом появляются новые политики, а никак не наоборот.
Что же касается майдана, расстрельных списков и грабежа награбленного, то вся идея разбивается о простые вопросы: кто будет этим заниматься? Кто сможет гарантировать, что под горячую руку не попадут сравнительно честные (а лучше нет) бизнесмены, что конфискованные деньги пойдут в госбюджет, а вся процедура будет законной?
Положа руку на сердце, вы уверены, что после такого «восстановления справедливости» станете богаче? Что вся страна в целом станет богаче, а к нам побегут иностранные инвесторы?
— Джон, ты слышал, что в Украине депутатов развесили на столбах, а их дома разграбили?
— Да, там живет такой умный и свободолюбивый народ, что я сразу же решил инвестировать все свои деньги в Украину.
Представляете такой диалог на условном «Уолл-стрите»?
И здесь даже речи не идет об организованном «раскулачивании», ведь у нас нет партии, способной взять на себя полную ответственность за страну и сильной рукой повести народ «к счастью». В 1917-м году у большевиков была многотысячная Красная гвардия, а поддержка РКП(б) в крупных городах достигала 40-50%. Видите что-то общее с радикальными националистическими группами, ратующими за третий Майдан? Или, может, с Радикальной партией или Батькивщиной – плоть от плоти существующей системы?
И поскольку новая революция невозможна, то стране светит только бунт, в нашей ситуации больше похожий на сеанс самовредительства во имя справедливости и всего хорошего.
Скрытый потенциал
«Будем жить все лучше и лучше, скрывая это, чтоб просить все больше и больше», — двадцать лет назад писал Михаил Жванецкий.
И его слова по-прежнему актуальны. Еще до публикации электронных деклараций мы с коллегой обсуждали, сколько же в Украине гуляет валютной «налички». В моей статье говорилось о $90 млрд (оценка НБУ на конец 2015-го года), коллеге казалась более верной оценка замглавы НБУ Олега Чурия, который в октябре рассказал о $20 млрд на руках у населения. Однако после обнародования электронных деклараций спор как-то сам собой решился в пользу $90 млрд. Зато появился другой вопрос, сколько денег и имущества припрятано у «нищего» населения, не занятого госслужбой или другим служением стране. В будущем он решится с помощью всеобщего обязательного декларирования, а пока сверхзадача гражданского общества, экономистов, вменяемых политиков и международных кредиторов – создать условия, при которых накопленный капитал станет источником инвестиций и перестанет настолько сильно влиять на политику.
Что делать?
Декларации чиновников и депутатов указали, во-первых, на отсутствие доверия к банковской системе, во-вторых, на огромную долю теневой экономики (иначе откуда взялись эти тонны налички?), в-третьих, на недоверие к национальной валюте. Все вместе это называется долларизация и тенезация и на «слугах народа» не заканчивается.
По данным Центра экономической стратегии, количество отделений небанковских финансовых учреждений, которые имеют генеральные лицензии на валютно-обменные операции, в 2015-м году выросло на 70%. В то же время в 2014-м году население официально купило $13,6 млрд, а в 2015 – только $2,9 млрд.
Если к этому добавить рост популярности сайтов, где можно без проблем договориться о покупке-продаже валюты, то становится очевидным, что основным последствием строгих валютных ограничений и пенсионного сбора в 2% от покупки наличной валюты, стал расцвет черного рынка, сделавший официальную статистику бесполезной, увеличивший объем теневой экономики (ведь если не вывести связанные операции в тень, то компаниям придется объяснять, откуда взялась валюта) и усиливший отток денег из банковской системы.
Рекомендации экспертов ЦЭС по выведению оборота валюты из тени стандартны: отменить сбор в пенсионный фонд при покупке валюты (1 ноября Рада в первом чтении поддержала это предложение Минфина), снять ограничения по сумме валютных операций и развивать удобные финансовые инструменты хеджирования (то, что один назовет спекуляцией, для другого – страховка).
На кого равняться
Среди стран, которые сильнее всего страдают от «черных денег», западные СМИ чаще всего упоминают Индию ($1,8 тыс. ВВП на душу населения), однако и там доля теневой экономики (20% ВВП) ниже, чем в Украине (40%, $2 тыс. ВВП на душу населения). При этом если у нас в последние годы доля теневой экономики росла, то в Индии, наоборот, – уменьшалась. Как же удалось этого добиться в коррумпированной стране со сложным налоговым законодательством, которое проще обойти, чем выполнить, в стране, где население предпочитает инвестировать в золото, недвижимость и накапливать валюту «под матрасом»? В стране, где правительству, чтобы наполнить казну, приходится полагаться на налоги с оборота и акцизы, а не на налог на прибыль?
Во-первых, первым решением правительства Нарендры Моди в первый день работы было создание специальной комиссии следователей, главная задача которых был поиск офшорных счетов и незадекларированных «залежей» золота и валюты. Кроме расследований эта комиссия готовит законодательные рекомендации. Например, в июле комиссия предложила запретить наличный расчет свыше $4,5 тыс. (117 тыс. гривен), а также запретить физлицам и юрлицам держать более 0,6 млн гривен наличными без соответствующего разрешения Налоговой.
Также Моди в своих обращениях призывает рядовых индийцев отказаться от использования налички (что подразумевает, что чиновники обязаны личным примером поддерживать государственную политику), а Центробанк совместно с правительством создал комиссию по развитию безналичных расчетов и принимает усилия по снижению стоимости использования кредиток.
Более 20% населения Индии имеют банковский счет привязанный к идентификационному номеру в биометрической базе данных (в системе зарегистрированы 75% населения), что максимально упрощает финансовые операции, дает возможность совершать финансовые операции откуда угодно по отпечатку пальца или сетчатке глаза. С помощью этой системы индийцы могут удаленно открывать и закрывать счета в банке, а также подписывать документы.
Индийские эксперты прогнозируют, что в ближайшие несколько лет все эти операции в Индии будут совершаться удаленно при помощи смартфонов. При этом ведение единых баз данных позволит серьезно снизить стоимость кредита для мелкого бизнеса и физлиц, а снижение стоимости транзакций позволит даже небольшие покупки перевести в cashless.
Этими проектами занимается правительство совместно с крупным IT-бизнесом (да, в Индии даже есть миллиардер, который разбогател на информационных технологиях).
Как видим, кроме кнута (запреты и расследования) в Индии активно используют пряник (удобство, скорость и дешевизна безналичных расчетов), а еще не боятся тотального финансового контроля. В то время как у нас люди умудряются одновременно возмущаться по поводу деклараций депутатов и чиновников, но при этом считают всеобщее декларирование чуть ли не репрессиями.